Боевое применение экспериментальных танков.

Боевое применение экспериментальных танков.
Все три экспериментальных танка в составе одной группы приняли участие в боях на очень сложном участке фронта – между озером Суммаярви и незамерзающим болотом Сунасуо. У финнов здесь стояли 37-мм шведские пушки «Бофорс», которые вели плотный и точный огонь по наступающим танкам.
Внутри боевых машин стоял непрерывный грохот, словно по ним било множество кувалд. Но броню финские снаряды пробить не смогли. В один из дней группа получила приказ поддержать атакующие войска. У развилки Кямери-Выборг танк СМК наехал на груду ящиков. Раздался мощный взрыв и многотонная машина остановилась – под ней сработал замаскированный фугас. Мехвод В.И.Игнатьев (он как и моторист А.П.Куницын и трансмиссионщик А.Г.Тетерев был испытателем Кировского завода) был оглушен и потерял сознание. Машина получила серьезные повреждения. Взрывом повредило ленивец и гусеницу, сорвало болты крепления трансмиссии и прогнуло днище танка. Все попытки экипажа поставить СМК на ход не увенчались успехом. Т-100 и КВ-1 подошли и встали рядом, прикрыв броней подбитого товарища. Получилась треугольная бронированная крепость, которая успешно отражала атаки финнов до самого вечера. После экипаж получил разрешение покинуть машину, и на двух оставшихся танках все отошли на исходные позиции. Однако оставление секретного танка в тылу противника вызвало резкую реакцию начальника АБТУ Д.Г.Павлова. По его команде были выделены рота 167-й МСБ и 37-я саперная рота, усиленная двумя орудиями и семью танками Т-28. Они смогли продвинуться всего на 150 метров за надолбы, где были встречены сильным артиллерийско-пулеметным огнем. Отряд отошел, потеряв 47 человек. СМК простоял на месте подрыва до конца февраля. Использовался он как блиндаж на нейтральной полосе для наших наблюдателей – ни один снаряд не смог пробить его броню. Когда боевые действия отодвинулись на север, стащить с места тяжелый танк смогли лишь с помощью шести Т-28. Машину отбуксировали на станцию Перк-Ярви, но не нашлось крана, чтобы поставить его на железнодорожную платформу. Пришлось уникальную машину разобрать и отправить частями. На Кировском заводе его должны были восстановить и увезти на хранение в Кубинку. Однако это сделано не было, и СМК в 50-х годах тоже отправили на переплавку.
Известно, что финны также пытались оттащить экспериментальный танк к себе, но и у них ничего не получилось. Кстати, с этим подбитым на нейтральной полосе танком связана прелюбопытная история, рассказанная одним из заводских испытателей. СМК отправлялся на фронт в такой спешке, что на нем не все успели сделать до конца. В частности, отсутствовала крышка верхнего башенного люка. Некомплект не допускался, а сроки поджимали. Тогда заводские умельцы, умевшие выкручиваться из всех сложных ситуаций собственными силами, изготовили и поставили крышку из простой сырой стали. Впоследствии, по прибытии на место, ее должны были заменить на стандартную броневую. Но танк ушел на передовую, и сделать это не удалось. Когда подбитый танк остался на «нейтралке», ночью к нему добрались финские разведчики с заданием получить образец броневой стали нового советского танка. И так уж получилось, что снять им удалось ту самую злополучную крышку. Когда ее испытали финские военные инженеры, то вывод они сделали совершенно удивительный – у русских новые танки сделаны из сырой неброневой стали и являются чистой бутафорией. Правда, тут же возникает вопрос – а почему тогда снаряды не могли броню пробить? Так или иначе, но о своих выводах финны сообщили своим союзникам-немцам. Те, естественно, были очень довольны. Подобные факты очень хорошо укладывались в их теорию о том, что СССР – колосс на глиняных ногах, и на танки русских можно не обращать внимание.
Как это было на самом деле, мы не знаем. Но современные специалисты говорят о том, что такого не было, потому что не могло быть никогда. Это, говорят они, не более, чем красивая солдатская легенда, которых на фронтах было великое множество на все случаи жизни. Уж слишком много совпадений! Да и зачем финнам лезть на самый верх, подставляясь под пули, когда внизу, в безопасности, можно демонтировать любой аналогичный элемент? Где-нибудь в архивах, вероятно, найдется ответ и на этот вопрос…
Судьба танка КВ сложилась намного удачнее. Он успешно штурмовал финские укрепления, не получая серьезных повреждений. Как вспоминали заводские испытатели, они даже развернулись бортом и пошли вдоль вражеских позиций! Снаряды выбивали дробь на броне, внутри стоял непрерывный гул, но танк шел, и броня нигде не была пробита. После выхода танка из боя на нем насчитали 43 попадания! Правда, оказалось, что был пробит ствол танковой пушки. Ж.Я.Котин, присутствовавший на испытаниях, отдал свою легковую машину, и его водитель за ночь привез с Кировского новый ствол, который сразу же установили на место.
Так же хорошо зарекомендовал себя новый танк КВ-2, успевший повоевать на последнем отрезке финской войны. Командир танка, младший лейтенант З.Ф.Глушак вспоминал: «Пока взламывали надолбы, противник нас непрерывно обстреливал. Дот мы быстро засекли, а затем двумя выстрелами полностью разрушили его. Когда вышли из боя, насчитали на броне 48 вмятин, но ни одной пробоины». Как говорится, комментарии излишни…
Рассказ об экспериментальных танках был бы не полон, если не упомянуть еще об одном интересном экземпляре. Речь идет о «подвижном пулеметном гнезде», названном «ППГ». Это была танкетка разработки инженеров Кировского завода К.И.Кузьмина и Л.Е.Сычева. Специалисты завода пишут о том, что ППГ была создана специально для борьбы с финскими снайперами – знаменитыми «кукушками». Однако документы говорят о том, что танкетка проектировалась как средство усиления пехоты на поле боя. В те времена они были очень популярны во всех странах. Основу заложили все те же англичане, построив удачную танкетку «Карден-Ллойд». И в Красной Армии они были достаточно популярны. Но ППГ была абсолютно оригинальной разработкой. Конструкция была довольно необычной. Экипаж из двух человек в походном положении сидел с открытыми сверху люками, а в бою люки были закрыты и водитель со стрелком размещались в танкетке лежа. Вооружение составляло два пулемета ДТ с боекомплектом 25 дисков. Двигатель на ППГ стоял мотоциклетного типа, что, конечно, не добавляло маневренности на пересеченной местности. Лобовая броня была 20 мм, боковая – 10 мм. Самое удивительное было в том, что ППГ совсем не имела амортизации. Поэтому к району боевых действий танкетки подвозили на грузовиках, а в бою они передвигались сами. Такие тяжелые условия для экипажа приводили к быстрой утомляемости, и в итоге ППГ не была принята на вооружение. Изготовили их в количестве четырех штук, но в финской войне поучаствовать они не успели. По замыслу авторов проекта наличие двух ДТ в лобовом листе должно были сметать всех финских снайперов вместе с кронами деревьев, где они якобы прятались. На самом деле никаких «кукушек» не было. Вероятно, когда наши войска перешли границу, они увидели висящих на деревьях убитых артиллерийских наблюдателей и корректировщиков. Наш огонь тогда был мощным и внезапным, и те просто не успели уйти в укрытие. Скорее всего, именно оттуда и пошла молва о сидящих на деревьях стрелках. Ни один финский ветеран не слышал, чтобы у них кто-нибудь сидел на ветках с винтовкой в руках. И действительно, какой снайпер в здравом уме будет торчать на дереве в мороз в ожидании одного выстрела? А потом скрюченными от холода руками целиться и пытаться спуститься вниз после выстрела? Дело в том, что согласно теории, в лесу звук неоднократно отражается от стволов деревьев и определить, откуда был произведен выстрел невозможно. А финны, к тому же, были мастерами маскировки. Вот и пошли гулять рассказы о невидимых безжалостных убийцах, наводящих ужас на красноармейцев. Дело доходило до того, что целые артиллерийские батареи беглым огнем картечью сносили кроны деревьев, лишь бы уничтожить ненавистных «кукушек». А финн сидел внизу в убежище в виде сугроба и выцеливал очередную жертву. Но так или иначе, «подвижные пулеметные гнезда» прибыть в карельские леса не успели – война к тому времени закончилась.
Рассказ об экспериментальных танках был бы не полон без упоминания такой экзотики как телеуправляемые танки. В 1938 году военинженер 2 ранга Кравцев предложил машину для разрушения вражеских инженерных заграждений – наземную торпеду. В итоге на базе Т-26 был создан телемеханический танк-подрывник. Это был усиленный корпус без башни и вооружения, который мог нести заряд до 4 тонн. Скорость была 15-20 км в час, запас хода – 80-100 км. Аппаратура ТОЗ-v111 конструкции НИИ-20 обеспечивала надежную связь до 1 км. Дойдя до места, танк скидывал заряд и возвращался. Подрыв происходил по радио-сигналу или с помощью часового механизма, который включался при ударе о землю.
Однако опыт применения в боевых условиях оказался неудачным. 10 февраля 1940 года три телеуправляемых танка были направлены для уничтожения ДОТа № 35 в районе Хоттинена. Один из них был подбит и взорвался. Два других были возвращены обратно и разоружены. Оказалось, что в условиях сложнопересеченного рельефа Карельского перешейка было необходимо ручное управление. Да и броню стоило усилить.
После окончания боевых действий в районе Суммы были испытаны разные варианты использования телетанка. Заряд 0,7 тонны, сброшенный на расстоянии 0,5 метра от передней стенки ДОТа, полностью ее разрушал, а заряд 0,3 тонны разрушал линию из 5 надолбов, создавая проход шириной 8 метров.
И еще об одних опытных образцах. На базе Т-35 были созданы две САУ – СУ-14. На шасси тяжелого танка было установлено два варианта орудий – 152-мм и 203-мм. В финской войне поучаствовать они не успели, а в Великой отечественной защищали столицу, открывая огонь по немцам со станции Кубинка. На этом их участие в войне и закончилось. В 1960-х годах СУ-14 с орудием 203-мм пустили на металлолом, а СУ-14-152 сейчас находится в экспозиции в Кубинке.
Боевые действия в Финляндии многому научили и солдат, и командиров Красной Армии. Были пересмотрены многие положения уставов, изменилась тактика, был получен бесценный опыт штурма и преодоления заблаговременно подготовленной обороны противника. Новые экспериментальные танки хорошо показали себя в этих боях, сделав всю противотанковую оборону финнов абсолютно бесполезной. И в то же время они показали специалистам АБТУ и советским конструкторам пути дальнейшего развития бронетанковой техники. Неслучайно единственный принятый на вооружение КВ стал родоначальником целого семейства тяжелых танков ИС, блестяще проявивших себя уже в годы Великой отечественной войны.

P.S.Что же касается участия КВ-2 в боевых действиях, то здесь критерием истины может служить только первоисточник – документ того времени, подтверждающий или опровергающий этот факт. Всему, что издано в наше время, доверять нельзя. Воспоминания ветеранов не являются истиной в последней инстанцией, также как и многочисленные книжные издания по этой теме.
К примеру, всем известно, как воевал КВ-1. Подробно описаны его действия, повреждения. Даже описано, как водитель Ж.Я.Котина на служебной машине за одну ночь привез с Кировского завода новую танковую пушку взамен поврежденной.

А как отнестись к этому факту?

«В ходе боевых действий танки прошли: КВ № У-0 - 205 км (168 часов работы двигателя ); КВ № У-1 - 132 км (93 часов работы двигателя); КВ № У-2 - 336 км (176 часов работы двигателя); КВ № У-3 - 139 км (115 часов работы двигателя).

За это время машины получили следующие повреждения:

КВ № У-0 - снарядные попадания в стык передних листов - 1, передний наклонный лист - 3, нижний передний наклонный лист - 2, корма - 1, правый борт корпуса - 3, левый борт корпуса - 1, ступица правого ленивца -1, верхний каток правого борта - 1, нижний каток правого борта - 1, разрушение одного опорного катка левого, одного правого бортов и 8-ми траков минами.

У танка № У-1 снарядных повреждений нет. Имеются царапины от разорвавшихся крупнокалиберных снарядов около танка, а также разрушены минами 11 траков.

Танк № У-2 снарядные попадания в стык передних листов -1, разрушение одного левого опорного катка и 3-х траков минами.

Танк № У-3 снарядные попадания в верхний наклонный лист - 1, нижний наклонный лист - 1, правый борт - 1, корма - 1, башня - 1, буфер (ограничитель хода катка) - 1, нижние катки - 1, гусеница - 1, разрушение 4-го правого катка миной, снарядом заклинило башню.

Все попадания снарядов в броню сделали углубления от 10 до 40 мм, удары снарядов не отразились на нормальной работе экипажей"

Получается, что танков КВ было четыре?