ТАНКИ В ФИНСКУЮ ВОЙНУ.

ТАНКИ В ФИНСКУЮ ВОЙНУ.

О действиях танков в 1939-1940 годах написано немало, поэтому, чтобы не повторяться, есть смысл рассказать об этой теме с точки зрения военного археолога.

Как известно, танковый парк РККА к началу финской войны (сами финны называют ее «Зимней» ) состоял из плавающих разведывательных танков Т-37А и Т-38, легких Т-26 и БТ, а также средних танков Т-28.
Группа тяжелых экспериментальных танков СМК, Т-100 и КВ-1 заслуживает отдельного рассказа, поэтому на них мы останавливаться не будем.

Т-37А был создан на базе разработанного в 1929 году английской фирмой «Виккерс-Армстронг» танка- амфибии «Виккерс-Карден-Ллойд» тип А4Е11 и А4Е12 . Его запустили в производство в 1932 году, а в 1936 году появился модернизированный вариант – Т-38. Внешне его легко отличить – он ниже и шире своего предшественника. Обилие озер и рек в Финляндии предполагало широкое использование плавающих танков, однако на деле они показали низкую боевую эффективность. Экипаж два человека, вооружение – пулемет ДТ, тонкая броня и слабый двигатель не оставляли этим танкам никакого шанса на поле боя. Очень скоро их стали использовать только для связи и охраны штабов в качестве подвижной пулеметной точки. Несколько плавающих танков еще лежат на дне водоемов на Карельском перешейке. Известно, что при переправе через протоку в районе Кивиниеми (Лосево) утонуло три таких машины. Есть предположение, что на переправе через Тайпален-йоки также погибло несколько плавающих танков.

Танк Т-26 был «рабочей лошадкой» Красной Армии, составляя основу ее бронетанковых сил - самый массовый танк нашей армии. Он был выполнен на основе закупленного в 1930 году у той же английской фирмы танка «Виккерс Мк Е», более известного как «Виккерс-6 тонн». Сотрудничество с англичанами было неслучайным – в те годы Великобритания была лидером в производстве бронетехники. «Виккерс» был двух типов – модель «А» с двумя одноместными башнями и 7,7- мм пулеметами и модель «В» - двухместная башня с 37-мм пушкой и 7,7-мм пулеметом. Наши военные закупили второй вариант. Он шел с 37-мм пушкой «Гочкис» и в небольшом количестве поступил на вооружение Красной Армии. Когда военное руководство узнало о том, что Польша собирается закупать у англичан 300 «Виккерсов», было принято спешное решение о лицензионном выпуске этого танка у нас в стране. Единственное существенное отличие от зарубежного аналога было в том, что со временем наши конструкторы установили на танк 45-мм пушку 20-К.

На базе Т-26 были выпущены огнеметные танки – ХТ-26 на базе двухбашенного обр.1931 года и ХТ-130 на базе однобашенного обр. 1933 года. Так как эти танки были созданы также для того, чтобы распылять на поле боя боевые отравляющие вещества и производить дегазацию местности, их называли «химическими». Это и нашло отражение в их названии.

Танк БТ – «быстроходный танк». Основной герой довоенных фильмов, наиболее узнаваемый у нас в стране легкий танк. Он и прыгает, и плавает, а скорость такова, что обгоняет даже бегущих от него солдат противника. На самом деле все было иначе, и кинематограф значительно завысил его боевые возможности. Потребность в такой машине была связана с тем, что танки того времени были тихоходны, а ресурс гусениц был крайне низким. Соответственно, оперативно перебросить танковые подразделения на другой участок фронта было проблематично. Наши конструкторы не имели достаточного опыта в создании подобных танков, поэтому было принято решение закупить лучшие образцы за границей.

Из всех машин наши военные заинтересовались танком американца Дж.У.Кристи и купили у него лицензию на производство в нашей стране. Танк был колесно-гусеничным и мог двигаться на колесах по асфальту с большой скоростью. За характерную форму передней части наши конструкторы назвали его «утконосом», а немцы в начале ВОВ танки с коническими башнями прозвали «Микки-Маус». Башня с двумя открытыми круглыми люками напоминала им голову мышонка из знаменитого мультфильма. На самом деле по уровню защиты и вооружения БТ значительно не отличался от Т-26. Интересно, что финны, захватившее некоторое количество этих танков, не любили их за сложность и дороговизну эксплуатации.

И, наконец, Т-28. На тот момент по вооружению, защите и ходовым качествам считался одним из самых мощных серийных танков мира. Не случайно, наши специалисты признают за ним решающую роль в прорыве «линии Маннергейма». Мощная 76-мм пушка позволяла расправляться с любыми танками противника того времени, разрушать полевые укрепления и наносить существенный вред живой силе. Два пулемета ДТ в передних броневых башенках буквально выкашивали пехоту противника. К тому же значительная длина корпуса помогала преодолевать рвы и воронки на поле боя. А мощности двигателя хватало и для того, чтобы Т-28 при необходимости выступал в роли тягача-эвакуатора. Да и по снегу глубиной до метра танк шел без проблем. Единственный серьезный недостаток – довольно слабая для такого класса броня.

Подводя черту под этим кратким обзором, необходимо отметить, что финская война для всех перечисленных советских танков была «лебединой песней». Уже к 1939 году эти танки морально устарели и не имели перспективы модернизации. Не случайно в это время им на смену стали появляться новые советские танки – Т-34 и КВ.

У финнов ситуация с количеством бронетанковых частей по сравнению с СССР была поистине катастрофической. В июле 1919 года французы поставили им свои танки «Рено» - 14 пушечных и 18 пулеметных. Они и составляли основу танковых частей Финляндии до 1938 года. Затем финны закупили в Англии 33 «Виккерса»-6 тонн, но из-за недостатка средств - без вооружения. К тому же, вследствие задержек на производстве, до Суоми в срок добралось только 10 шт., а в боевых действиях успело принять участие всего 13 «Виккерсов». В 1939 году бронетанковые войска Финляндии состояли из:

-34 старых «Рено»;
-32 «Виккерсов», большая часть без вооружения;
-1 танкетка «Виккерс-Карден_Ллойд»;
- 1 «Виккерс» с экспериментальной 47-мм пушкой;
- 6 шведских бронеавтомобилей «Ландсверк-182».

Для сравнения – в СССР один только Ленинградский военный округ имел в своем составе 1952 танка различных типов и 200 бронеавтомобилей.

Теперь вкратце о боевых действиях. Начнем с танков Т-28. Они были сведены в 20-ю танковую тяжелую бригаду в количестве 105 шт. Позже было получено еще 67. Потери составили 482 (!) машины, то есть каждый танк подбивался минимум два раза, а некоторые – по 5 раз. При этом было восстановлено 382 танка, то есть 80%. Это отличный результат, который говорит о прекрасной ремонтопригодности Т-28. Правда рядом, в Ленинграде, находился Кировский завод, выпускавший эти танки. Проблем с запчастями не было, к тому же завод направил в действующую армию опытных специалистов в помощь армейским коллегам. Безвозвратные потери составили 32 танка, из которых 30 сгорело, а два захватили финны. Интересно, что эти танки они использовали даже в Лапландской войне, а в 1944 году с одного из них сняли башню и сделали из него бронированный тягач-эвакуатор. Использовали тягач вплоть до 1951 года.

20-я танковая бригада была прекрасно подготовлена и укомплектована. Матчасть находилась в хорошем состоянии, экипажи слажены и отличались отменной выучкой, особенно механики-водители. Они даже умудрялись проходить по верху (!) каменных надолбов, когда не оставалось другой возможности. Не случайно эта бригада добилась выдающихся результатов при прорыве основной линии финской обороны.

Но в ее боевой летописи были два «черных» дня. 17.12.1939 был запланирован штурм вражеских укреплений в районе печально известного узла «Хоттинен». Начштаба 138 сд доложил наверх, что впереди линии обороны нет, и противник бежит. Соответственно, артподготовка была отменена, и пехота при поддержке танков 20-й бригады бросились догонять бегущего врага. Почти сразу же они наткнулись на основные позиции «линии Маннергейма» и попали под жесточайший огонь. Пехота залегла, а танки пошли вперед в одиночестве. Тем не менее, им удалось с ходу прорвать основную линию и пройти в тыл. Финны были настолько ошеломлены случившимся, что среагировали не сразу. Зато потом, разобравшись в ситуации, устроили настоящую охоту за нашими танками. В результате, из 21 Т-28 вернулись 5, а два были сданы на СПАМ – сборный пункт аварийных машин. Второй случай был не менее печален. 19 декабря танки 20-й бригады прорвали оборону в районе Турта, но пехота снова залегла и танки остались одни. Финны выкатили противотанковые пушки, забросали Т-28-е «коктейлями Молотова» и учинили разгром прорвавшимся танкам. Потери составили 29 танков за один день. Финские ветераны вспоминали, что охота за советскими танками превратилась у них в спортивное состязание – кто уничтожит больше.

Вообще, в 1939 году взаимодействие между родами войск было самым слабым местом Красной Армии. А совместные действия пехоты с танками были ниже всякой критики. Доходило до того, что в самый разгар боя, под ураганным огнем, танковые командиры были вынуждены покидать свои боевые машины и с пистолетом в руке поднимать лежащую в снегу пехоту.

Осталось не так много воспоминаний ветеранов-танкистов о финской войне. Тем более ценной представляется книга нашего известного танкиста, дважды героя Советского Союза, генерал-полковника танковых войск В.С.Архипова «Время танковых атак». Начинал он свою боевую деятельность с первых дней финской войны, причем в наших местах – наступал на Рауту (Сосново). Был он тогда старшим лейтенантом и командовал ротой Т-26 112-го танкового батальона 35-й легкотанковой бригады. 1 декабря их атаковали финские лыжники, которые пытались проткнуть штыками броню танков. Как показали на допросе немногие уцелевшие пленные, их командиры убедили их в том, что у русских танков нет. А используют они обыкновенные тракторы, прикрытые сверху фанерой. Вот с этой, курьезно-трагичной истории и началась их боевая работа. Уже у первой деревни Монтельки они понесли первые потери (такой деревни нет, вероятно, имелась в виду Маансельки, недалеко от Рауту).

Архипов описывает трудности, с которыми пришлось столкнуться их Т-26: « Да и вообще уже первые бои и марши в глубоких снегах, на морозе заставили танкистов по-новому взглянуть на танк Т-26». Оказалось, что хорош этот танк был только на полигоне, где все было под рукой. На Карельском перешейке, на пересеченной местности, которую они сами в шутку называли «противотанковой», Т-26 не тянул. Мотор слаб, по снегу скорость 4-6 км в час. Проходимость плохая, маневрировать на поле боя сложно. Танки садились брюхом на камни, которых на перешейке великое множество, и сами слезть не могли - приходилось стаскивать другим танком. Завести на морозе двигатель – большая проблема, также нужно было тащить вторым танком. Из-за этого в любых условиях было необходимо держать двигатель работающим круглые сутки. Как вспоминал сам Архипов : « Расход горючего громадный, а ведь Т-26 ходит на высокосортном бензине»… Сама заправка, с которой легко справлялись на учениях, на войне превратилась в проблему номер один.

Танки поглощали топливо в громадных количествах. Но при этом, по уставным положениям, заправляться они должны были далеко в тылу, на батальонном заправочном пункте. Вот и приходилось танкистам с передовой мотаться туда и обратно на большие расстояния, вырабатывая моторесурс и калеча гусеницы на каменистой почве. Часть танков все время находилась в пути, а на передовой из 17 танков оставалось 7-9 машин. В бою Т-26 был легко уязвим – его броню пробивали противотанковые ружья всех применяемых тогда систем, а противотанковые пушки и вовсе не оставляли никаких шансов. Причем стреляли финны очень метко, в каждый танк, как минимум, два прямых попадания. Там же, у Архипова читаем; « …удар в правый борт сотряс машину. Следом еще удар – тоже справа. Дневной свет упал через две круглые пробоины». Вот с вооружением у Т-26 было все в порядке. На нем стояла 45-мм пушка, которая позволяла ему решать все поставленные для такого типа танков задачи. Пулемет ДТ также был хорош, при необходимости его можно было снять с танка и продолжить бой в полевых условиях.

Со временем наши танкисты приобрели необходимый опыт и стали успешно громить врага. Единственной проблемой осталась эвакуация подбитых танков. На это мощности двигателя не хватало, а штатных средств в бригаде не было. Приходилось привлекать танки Т-28, когда они были рядом.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...