Немного о халтуре

Немного о халтуре

В наши дни «халтура» употребляется в двух значениях: «недобросовестно сделанная работа» и «побочный заработок». Слово это как будто для нас придумано — так точно оно отражает современное отношение к труду. Недаром оно прочно держится в лексиконе писателей и поэтов. Вспомнить хотя бы стихотворение Маяковского «Халтурщик»:

Рабочий,

крестьянин,
швабру возьми,
метущую чисто и густо,
и, месяц метя
часов по восьми,
смети
халтуру
с искусства.

Правда, поэт и сам схалтурил: «мести густо» — это непонятно что, использовано просто ради рифмы (точнее, рифма «густо-искусства» показалась Владим Владимычу настолько оригинальной, что он, словно начинающий поэт, пожертвовал ради неё художественной точностью и смыслом).

А между тем «халтура» — слово очень древнее. В Киевской Руси хартией, харатьей называлась бумага (от греческого хартион, хартес; слово же бумага впервые появляется в русском языке только в XIV веке). В «Повести временных лет», например, читаем о договоре, который в 971 году заключил князь Святослав и византийский император: «Царь же повеле писати вся речи Святославля на харатью».

В те времена в монастырских хранилищах содержались главным образом рукописные книги и бумажные свитки. Поэтому вплоть до XVI века монастырские библиотекари звались хартуларии, или халтуларии. Здесь имела место так называемая метатеза, перестановка, когда звуки «р» и «л» обменялись своими местами — распространенное явление в русском языке (вспомним револьвер и простонародное леворверт).

Работы у халтулариев (библиотекарей) было немного, отсюда и пошло слово халтурить: сначала в смысле просто «ничего не делать», «даром просиживать штаны», а потом это слово было переосмыслено на «плохо делать», «исполнять кое-как».

Что касается второго значения слова «халтурить» — побочный заработок, то оно также заимствовано из церковного быта.

«Халтурить» — некогда означало совершать церковные службы на дому, причем совершать наспех и кое-как, чтобы успеть обойти побольше домов и получить побольше денег. А «халтурой», кроме того, называлась даровая еда на похоронах и поминках, а также денежный подарок архиерею за службу «с выездом на дом» (об этом пишет Мельников-Печерский в своем романе «В лесах»). Глядя на привольную жизнь своих духовных пастырей, крестьяне, которые добывали хлеб свой в полном соответствии со словом Господа – в поте лица своего, стали называть «халтурой» любой легкий заработок, работу на стороне, помимо основной.