ТЕЛЬМАНОВСКИЙ РУБЕЖ.

ТЕЛЬМАНОВСКИЙ РУБЕЖ.


Что-то в нашем обществе меняется. Причем не в плохую, а в хорошую сторону. У людей появляется чувство сплоченной справедливости. Это когда степень накатившегося на них зла превышает все допустимые пределы, и стихийно возникает чувство попранного человеческого достоинства. И тогда поднимается волна народного гнева…


Поля совхоза имени Тельмана – места кровопролитных боев с 1941 по 1944 годы. Здесь полегли тысячи защитников Ленинграда, и десятки, если не сотни, остались пропавшими без вести на этой земле. Долгие годы после войны плуги совхозных тракторов выворачивали их кости на поверхность, а сами тракторы подрывались на неразорвавшихся боеприпасах. Найденные останки стыдливо закапывали обратно, стараясь, чтобы они снова не попались на следующей распашке.

Но сейчас и вовсе происходят непонятные вещи. Местный предприниматель решил на этом месте что-то построить. А для этого строители бульдозером сняли верхний грунт. И все бы ничего, но они распахали воинское захоронение. И что сделали? Сообщили местным властям, поставили здесь памятник павшим защитникам города? Нет, просто вывезли останки на свалку…

С этого все и началось. Общественность жестко встала против такого варварского отношения к памяти погибших героев. «НИКТО НЕ ЗАБЫТ, НИЧТО НЕ ЗЫБЫТО»… Кто-то уже забыл, а кто-то вспомнил. И те, у кого память поколений еще не атрофировалась окончательно, стеной поднялись на защиту павших защитников Отечества. Грустная игра слов. Теперь настала пора защищать самих защитников…

Эту историю достаточно широко освещают в печати. Я лишь ограничусь собственными впечатлениями.

На краю поля лагерь. Большая штабная палатка, рядом палатки приехавших поисковиков. Удивительное дело! Приехав в поисковый лагерь в любой точке нашей страны, можно рассчитывать на дружеское расположение, сытный ужин и ночлег, если есть в этом необходимость. Вот и сейчас нас с Галей Савицкой угостили, напоили чаем и рассказали о последних новостях.

На поле видны кресты с табличками. Это могилы солдат, чьи имена удалось определить. Теперь эти места официально зарегистрированы как воинские захоронения, и никто не имеет право здесь что-либо копать и строить.

Работают два экскаватора. Они вскрывают бывший противотанковый ров. На его кромке были обнаружены останки десятка наших бойцов, да в сам ров в боевой обстановке скидывали убитых солдат. Без этой техники работать здесь было бы сложно. Грунт очень тяжелый. Метр чернозема, затем полметра-метр песка, а дальше идет знаменитая голубая глина. В условиях засухи она превратилась в монолит. Если на поле останки лежат в песке, то там, где проходят окопы и блиндажи, помощь экскаватора просто бесценна.

Работающие здесь поисковики поведали о том, что удалось найти линии окопов, в которых были обнаружены многочисленные останки наших бойцов. Вероятно, во время боев их также скинули вниз, а потом окопы засыпали или сами оползли со временем.

В лагере я встретился с Сашей Савельевым, знаменитым «Болотным Шреком» - профессионалом болотного поиска. Сложно сосчитать, скольких бойцов он поднял в болотах Мясного Бора и Карелии. С ним приехала Маша Кун, не менее известный поисковик с многолетним опытом поисковых работ. С ними мы вышли на поле.

Обстановка довольно сложная. Поле «звенит» железом почти постоянно. Осколки, фрагменты самого разного железа, взрывоопасные предметы. Их здесь очень много. Гранаты, снаряды, мины пятидесятки и 82-мм сложены в отдельной яме и ждут приезда саперов. Признаться, давно не видел такого обилия ВОПов.

Саша решил пройти вдоль ручья. Там, по старым армейским картам, проходила передовая. За ним уже немецкие позиции. Но – большое разочарование! Колхозники с незапамятных времен сливали в этот ручей навоз. И сейчас его пойма превратилась в большую вонючую канаву. А ведь на берегах еще остались останки наших солдат…

Мне попался кусок танковой брони с вырезом под люк, а потом наткнулся на массивный круглый кусок железа. Думал, что это плита от миномета, но оказалось, что нашел люк от канализации. Как он тут оказался, непонятно.

Постепенно мы спустились к группе, которая работала с большим экскаватором у противотанкового рва. Рядом подняли блиндаж, и по некоторым данным можно было предположить, что от него ко рву идет отдельная траншея. В это время на бровке коллеги нашли берцовую кость, стало понятно, что где-то рядом лежит боец.

Работа закипела по всем правилам профессиональных археологов. Вскрыли верхний слой и обнаружили солдатскую флягу. Далее пошли обломки досок. Было непонятно – то ли это блиндаж, то ли стенка окопа. Вдоль нее лежали останки бойца, чуть дальше – второго. Мы нашли два котелка, вторая фляжка осталась на ремне в районе тазовых костей. Мне попалось нечто стеклянное, может быть вазочка с отбитой ножкой, а, может, бокал. Также были найдены несколько карандашей и фрагменты амуниции.

Однако день уже клонился к вечеру, пора было уезжать обратно. Договорились, что приеду в начале недели…