27 января 1918 года началась гражданская война в Финляндии. Кто был прав, а кто нет, докажет история. А мы можем только обсуждать, строить свои версии, да прислушиваться к чужим.
Но очень часто нам пытаются навязать свое видение прошедших событий, доказать, что это именно мы виноваты в самых кровавых злодействах, что наша страна – это источник конфликтов и нападений на сопредельные территории.
При этом наши соседи забывать о тех зверствах, которые они сами творили, приходя на нашу землю.
Поляки любят говорить о расстрелах в Катыни, обвиняя в этом СССР, но мало кто знает о трагических событиях похода Красной Армии в Польшу, где она потерпела сокрушительное поражение и понесла жестокие потери. Сами поляки не говорят о том, что они уморили в лагерях от 25 000 до 80 000 красноармейцев из 130 000, попавших в плен. Правда, польские источники приводят другие данные – 15 000 человек, погибших в лагерях.
«Советы напали на Польшу!» - кричат нам соседи. А то, что они сами в 1919-1920 годах напали на Украину и Белоруссию, захватив Киев и Минск, забывают сказать? Такая вот политика «двойных стандартов».
Те же прибалтийские страны до сих пор кричат о «русских оккупантах», но молчат о том, что их карательные отряды отличались особой жестокостью на оккупированной территории.
Зверства финнов во время прошедших войн также хорошо известны. Даже немцы признавались, что условия в финских концлагерях были самыми нечеловечными. А уж они-то в этом толк знают! Мой дядя пошел на финскую войну добровольцем, попал в плен и содержался в концлагере. Вернулся после 1944 года совершенно другим, сломленным человеком. После войны прожил совсем недолго – сказались годы финского плена. О нем мне рассказал мой отец, ветеран Великой отечественной. А если послушать рассказы местных жителей, которые перенесли финскую оккупацию, то просто становится страшно.
Финны не любят говорить о событиях далекого 1918 года в Рауту, современном Сосново. Для цивилизованной нации невыгодно вспоминать ту кровавую историю. Поэтому я позволю себе привести отрывок из своей книги «Карельский вал. Записки поисковика». Он достаточно подробно описывает те события.
Поэтому оставим эмоции и посмотрим на факты.
Далекий 1918 год. 4 января Совет Народных Комиссаров признал независимость Финляндии. Не успели финны отпраздновать это долгожданное для них событие, как 28 января в уже независимой Суоми разразилась революция. 4,5 тысячи бойцов Красной гвардии разогнали Сенат и заняли правительственные учреждения. Сразу же был сформирован Совет Народных Уполномоченных, а 1 марта был заключен Договор об укреплении дружбы и братства между РСФСР и Финляндской Социалистической Рабочей Республикой.
А вот дальше у большевиков пошло не по плану. Почти сразу же они встретили серьезное сопротивление. Дело в том, что события происходили в южной, промышленной части Финляндии. Здесь влияние революционных идей оказало достаточное действие на значительную часть населения. Да и гарнизоны бывшей императорской армии, которые были расположены тут же, представляли собой серьезную военную силу. А если добавить сюда и обширные армейские склады, оставшиеся красным в наследство от царской армии, то понятно, почему большевикам сначала сопутствовал успех.
У финнов не было ни оружия, ни опытных военных кадров. Но на борьбу поднялась вся страна, решившая отстоять свою независимость. Мужчины записывались в отряды самообороны, женщины становились сестрами милосердия. По всей Финляндии начался сбор средств на нужды обороны. Центром сопротивления стали северные провинции, где у большевиков не было поддержки.
Напуганный масштабом беспорядков, Сенат, переехавший в город Васа, обратился за помощью к европейским странам. Откликнулись немногие – в страну прибыла шведская «Черная бригада» Ямарссона, на Ханко высадилась «Железная дивизия» фон дер Гольца, а Остзейская дивизия уже 13 апреля заняла Хельсинки. Возглавил войска буржуазного правительства генерал-лейтенант Эмиль Густав Маннергейм. Костяком молодой армии стали 2000 финских добровольцев, прошедших в Германии полную военную подготовку. Там они составили 27 Королевский прусский батальон. Вернувшись в Финляндию, они заняли основные должности младшего и среднего командного состава.
В боях красные потерпели сокрушительное поражение. В кровавой, братоубийственной гражданской войне погибло 3200 человек со стороны белых и 3600 – со стороны красных. Белые казнили 8360 человек, красные –1694. Еще 12 тысяч погибли в концлагерях, устроенных финнами. Самые кровопролитные бои проходили под городом Таммерфорс (ныне – Тампере) и в районе станции Рауту (ныне – Сосново). Вот о последней и пойдет речь далее.
Сосново – крупная узловая станция на Приозерско- Петрозаводском направлении. Граница Великого княжества Финляндского проходила рядом - между станциями Орехово и 67 км (Раасули). Здесь и сейчас осталась широкая просека, уже заросшая мелкими деревьями и кустарником. В те времена граница – понятие условное. Таможенный пост, и все формальности. Как там у Блока:
«И финская таможенная стража
Лениво отдыхала на откосе,
Где кончалось полотно…»
Отдых закончился, когда Финляндия вышла из состава России. Тут уже все было по-серьезному. Разведывательно-диверсионные группы с обеих сторон, провокации на границе, перестрелки. Дошло до того, что после гражданской войны финны разобрали железную дорогу от самой границы до Рауту. Лишь бы ненавистные «рюсся» не смогли до них добраться…
Но это было потом. В начале же 1918 года все было спокойно. Спокойно до тех пор, когда 20 февраля по этой самой дороге прибыли 40 вагонов с красногвардейцами. Возглавлял отряд поручик царской армии М.В.Пригоровский и «красные финны» - Оскар Рантала и Арвид Лейнонен. Задача была простая – помочь финским товарищам установить Советскую власть и заодно отодвинуть линию фронта подальше от Петрограда.
Отряд красных с ходу захватил деревню Маанселькя (Иваново), полустанок Келлие (69 км). А когда им в помощь подошел отряд в 600 рабочих Сестрорецкого оружейного завода, то объединенному отряду удалось захватить саму станцию Рауту.
Сначала им противостояли 85 финских бойцов, а потом подтянулось подкрепление в количестве 278 человек из Антреа (Каменногорск). И наступление красных остановилось…
Интересен тот факт, что здесь сражался интернациональный отряд, созданный по инициативе американских социалистов и писателей Алберта Риса Вильямса и Джона Рида, а также известный по боям с немцами на Псковщине партизанский отряд «Волчья стая». Помимо них воевали рабочие с петроградских заводов, таких как «Путиловский», «Новый Лесснер» и другие. Здесь же сражался и 4-й Карельский отряд финской Красной гвардии под командованием Х.Мюллюса, чье имя выбито на мемориальной доске на стене вокзала.
Бои за станцию продолжались до конца марта, но коренной перелом наступил с прибытием на место бывшего подполковника царской армии Юрьо (Георг Вильгельм) Элвенгрена. Под его началом было уже около 2000 белофиннов. 25 марта они пошли в наступление. По имеющимся данным, Элвенгрен со своим отрядом обошел позиции красных и стремительным броском вышел на железную дорогу в районе современного Лемболово. Там финны без труда перерезали железнодорожное сообщение с Петроградом, разобрав рельсы. После этого они захватили бронепоезд красных, оказавшийся в ловушке. С этой минуты участь красногвардейцев была решена.
Раньше в Рауту по железной дороге бесперебойно шла помощь из Петрограда, и отряды Красной гвардии ни в чем не испытывали недостатка. Как только помощь прекратилась, стало ясно, что красным долго не продержаться. Положение усугублялось тем, что воевали здесь простые рабочие или 17-летние парнишки, в первый раз в жизни взявшие винтовку в руки. Даже артиллерийские расчеты формировались из случайных, необстрелянных бойцов. Им противостояли обученные, имевшие боевой опыт финские егеря. В донесении в Совет Народных Комиссаров о положении в Рауту отмечалось: «…Белогвардейцы хорошо обучены стрельбе, это доказывает то обстоятельство, что все ранения бывают либо в грудь, либо в голову…»
4 апреля в Рауту прибыл 7-й Егерский батальон майора Оша, совместно с которыми белые пошли в решающее наступление. Они открыли огонь из тяжелых орудий из центра деревни Рауту, а красные отвечали артогнем со станции. Понимая, что долго им не выстоять, красногвардейцы открыли беспорядочную стрельбу, расходуя оставшиеся снаряды. В результате сгорела кирха в Рауту и множество домов, что еще более озлобило финнов. После артподготовки белофинны пошли в атаку. Жестокий штыковой бой затих лишь с наступлением темноты.
Ночью красные решили пойти на прорыв. В колонне оказалось более 2000 человек. Среди них были рабочие со станции, их жены и дети, а также все, кто сочувствовал красным или помогал им. Надеяться на пощаду они не могли – финны со звериной жестокостью расправлялись со своими противниками. Вероятно, финские командиры предусматривали возможность прорыва и правильно рассчитали его направление. В любом случае, красные должны были двигаться в сторону Петрограда. Кексгольмская дорога наверняка была перекрыта, оставалась лесная дорога в обход. Она начиналась от станции и шла в направлении деревни Маанселькя. Дальше проходила по глубокой долине, позже названной Куолеманлааксо («Долина Смерти»).
Название говорит само за себя. Именно здесь на господствующих высотках финны расположили пулеметные позиции. Когда обоз попал в хладнокровно подготовленную засаду, финны открыли убийственный огонь. Они стреляли даже тогда, когда военный врач поднял белый флаг. За короткое время было убито 850 человек – красногвардейцев, рабочих, женщин и детей. Лишь небольшому отряду из 160 человек удалось вырваться из западни и уйти в Петроград. Более 1200 изможденных и израненных людей сдались в плен, позже многие из них погибли в концлагерях.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ…
